Как уже ранее было сказано — замуж я вышла в очень нежном возрасте в 1989 году за выпускника военного училища. Перспективы рисовались самые радужные, зарплата у военных в те времена была шикарная. Но в силу моей необыкновенной везучести, страна вступила на путь экономических реформ, и военнослужащие вместе с их семьями превратились в нищих. Мало того, что зарплата три копейки, так еще и задерживали ее на несколько месяцев. Километровые талоны, не менее километровые очереди, на руках младенец, сама в декретном отпуске, а муж служит по графику сутки-трое.
Все его сослуживцы устроились на всевозможные подработки: кто торговал, кто строил, кто в частную охрану подался, а один даже могилы копал. В апреле 1991 года мы доели всех мышей и тараканов, и я робко предложила мужу: может, подработку себе найдешь? Услышав гордое: «Я офицер с высшим образованием, и мне не пристало кому-то двери открывать» — я, конечно, с ним согласилась, и совершила свою первую стратегическую ошибку.
Вместо того, чтобы как настоящая женщина биться в истерике, демонстрируя ему свои выступающие во всех местах кости и опухшего с голода младенца, я подумала: у меня-то высшего образования еще нет, значит, ничего не мешает найти подработку мне. И закрутилось: купить подешевле, продать подороже. Несмотря на плотный график работы барыгой, свободного времени оставалось много — ночью никто ничего не покупал, значит, можно еще чем-то заняться! Не надо хихикать, знаменитое Ярославское шоссе в нескольких километрах, конечно, но в начале 90-х годов был огромный спрос не только на путан-любительниц, но и на народное творчество.
Я занялась росписью матрешек в стиле «под гжель». В школьные годы моей оценкой по рисованию была жирная двойка, но учительница из жалости к бесталанной девочке, а также не желая портить аттестат, ставила мне четверки, точно зная, что поступать в строгановское училище наглости у меня не хватит. Испортив первую партию заготовок, я рыдала над кривыми мордашками и ассиметричными цветочками, но чувство голода – великий двигатель таланта, и уже через месяц я бодро выдавала «на-гора» по пять комплектов семиместных матрен в неделю, имея в месяц три мужниных зарплаты.
Но всякая халява имеет свойство быстро заканчиваться. Через несколько лет вся заграница наелась самобытным русским творчеством, и денежный ручеек постепенно иссяк. Параллельно с матрешкиным творчеством я успела окончить колледж по востребованной специальности «бухучет, аудит и анализ финансовой деятельности», но реально осознавала: сидеть в пыльной конторе с тетеньками постбальзаковского возраста я не хочу, душа требовала действий.
Многие судьбоносные явления случайны. Встреченная в лифте соседка сказала, что видела по местному ТВ сюжет о наборе женщин в милицию. Милиция? А почему — бы и нет? В отделе кадров приятный мужской голос сообщил, что рост женщины-кандидата на службу не должен быть менее 170 см.
— У вас там что? Агентство фотомоделей что-ли? — выдала я первую реакцию и тут-же прикусила язык. Мужик оказался с юмором, шутку оценил и пояснил, что Россия вступила в Европейское полицейское сообщество, а там требования именно таковы.
Мой рост 168 и ни сантиметром больше. Не подозревая о многоступенчатой медицинской комиссии и психологическом тестировании, я, наивная ромашка думала, что рост будет оцениваться визуально. Надев сапоги с самым высоким каблуком, повертев пучок из волос а-ля телекомпания ВИД и надвинув на это сооружение сверху шляпку, я заявилась в отдел кадров, возвышаясь не только над грешной землей, но и над всеми сотрудниками, ибо рост мой с учетом всех ухищрений, стал никак не меньше метра восьмидесяти пяти.
Сотрудник отдела кадров одобрительно хмыкнул, при виде такой неземной красоты, вручил мне кипу бумаг, необходимых к заполнению, и повел к начальнику следственного отдела, где были вакансии помощника следователя. Это, как — бы поделикатнее выразиться, что-то вроде младшего заместителя старшего дворника.
-Девушка, Вы замужем? – спросил меня потенциальный шеф.
-да-а-а – проблеяла я
-дети есть, квартира есть?
-да, все есть, ничего не нужно.
-Вы нам подходите, проходите медкомиссию, психологическое тестирование и тесты на физическую пригодность.
Сказать, что я ошалела – это значит, не сказать ничего. Только потом я оценила мудрость Михал Николаича. Он справедливо рассудил, что обучить можно и медведя на лыжах кататься, но если женщина пришла на службу, имея мужа, ребенка и жилье, это значит, что она как минимум не будет канючить: дайте мне квартиру, не будет стрелять глазами в каждые встречные штаны, и не уйдет скоропостижно в декретный отпуск.
Так и началась моя милицейская карьера. Если вы услышите фразу: менты уроды, их там по объявлению набирают – верьте! Я именно по объявлению и пришла, о чем ни капли не жалею вот уже второй десяток лет! И теперь я офицер с высшим образованием, что не мешает мне….да ничему это не мешает!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Решить : *
26 − 26 =